
Фото: Андрей СТЕПАНОВ. Перейти в Фотобанк КП
Как ладонью, гладишь сердце
Именем своим имперским:
Август! - Сердце!
М. Цветаева
Август. Ночи стали холоднее, но дни еще доказывают свое право называться летними. Что-то неуловимо поменялось в природе, и кажется – вот-вот навсегда ускользнет от внимания что-то очень важное. Хочется не упустить, почувствовать, понять это важное.
Теплый вечер. Почти безветренно. Подходишь к Пскове. Трава по берегам реки высокая, густая, сочно-зеленая: здесь ей хватает влаги. А вот сама Пскова сильно обмелела. Но при этом своей жизнерадостности не утратила.
Солнце то прячется за степенно плывущие густые облака, то выглядывает из-за них на несколько секунд – чтобы вновь скрыться. Словно предупреждает о приближающейся осени.
Максимальная глубина в Пскове – по колено, и глубину эту еще нужно найти. Но ищущий, как известно, обретает – и вот ты лежишь, подобно бегемоту, в реке, лицом навстречу бегущей воде, держась руками за поросшую мягкой тиной известняковую плиту на дне.
Течение довольно сильное, и это приятно: вода обнимает, качает, расслабляет, согревает и холодит одновременно. Она знает, что тебе нужно в данный момент, и дает сполна.
Вниз по течению, на крутом высоком берегу, за плакучими ивами, виден бронзовый купол храма Константина и Елены. А выше по течению, на противоположном берегу, высится католический костел. Вдруг из него доносится мелодичный колокольный перезвон – и вскоре затихает.
Людей на реке нет. Только утки стайками и поодиночке плавают вдоль берега, ищут корм. Издалека доносится лай собаки. Журчит, играя, вода.
Умиротворение.
С речки возвращаешься уже не тем человеком, что пришел сюда. Идешь медленно, чувствуя тепло земли, мягкость травы под ногами. Каждой клеточкой тела впитываешь звуки и запахи реки и берега.
И вдруг понимаешь: то важное, о чем пыталась сказать тебе природа, не прошло мимо, не упущено. Оно теперь в тебе и пребудет с тобой.
И от этой мысли становится тихо-радостно на душе.
***
Бывает, августовским вечером идешь по городу, и сильный, приятный теплый ветер – навстречу. Он не мешает идти, а словно расправляет твои крылья за спиной. Еще немного – и полетишь.
Подходишь к мосту через Великую. Ветер усиливается, но крылья уже окрепли – кажется, что ты летишь высоко над рекой.
Сильная рябь на воде в лучах заходящего солнца переливается золотом. Не сразу замечаешь внизу плывущего человека. Его движения неторопливы – он наслаждается ощущением невесомости в воде.
И вдруг тебя озаряет: а ведь сейчас между вами есть общее – вот это чувство полета.
За мостом сворачиваешь в тихий сквер, весь пропитанный солнечными лучами. Вскоре на пути появляется плакучая ива. Она подобна сказочному шатру. Тонкие длинные ветви спускаются до самой земли, и ни один листок не колышется: здесь тихо, заветерье.
Проходишь мимо большого храма, сильно вросшего в землю за несколько веков. Неподалеку от него, в глубине парка, светится белым другой храм, а потом еще один и еще... И ты идешь-летишь на этот свет. «И свет во тьме светит, и тьма не объяла его» – вспыхивает мысль.
А крылья давно расправлены, и ты тихо планируешь по городу, наслаждаясь полетом. Затем делаешь последний поворот – и вот он, дом (милый дом).
Останавливаешься перед дверью. Крылья за спиной делают последний взмах – и растворяются в августовском воздухе.
Закрываешь глаза и улыбаешься: «Спасибо за незабываемый, волшебный путь домой. И путь к себе».