Кому мешали старые стены, или История о том, как псковичи могли остаться без Крома

С крепостными стенами и оборонительными башнями псковичи уже сроднились.

Фото: Дарья ХВАТКОВА. Перейти в Фотобанк КП

Только те стены и башни, которые оказывались внутри вновь построенного очередного полукольца крепостных укреплений, были разобраны по камешку моими рачительными земляками-предками, став стенами новых амбаров и жилых домов.

ВСЁ КАК В КИНО

Сохранению псковских крепостных стен (даже после утраты ими существенного оборонного значения) способствовало то обстоятельство, что псковичам старые стены не мешали - они привыкли к ним, сроднились с ними. Эти стены стали неотъемлемой и абсолютно естественной частью городского пейзажа для многих поколений псковичей, осыпающиеся заброшенные руины были одним из любимых мест детских игр. Вспомните тот эпизод из советского кинофильма «Два капитана», где мальчик Саня Григорьев встречается с Катей Татариновой на развалинах старой крепости в Энске! Как мы все хорошо помним, этот эпизод снят в Псковском кремле, поскольку детские и юношеские годы Вени Зильбера (будущего писателя Вениамина Каверина) прошли в Пскове, ставшем прообразом города Энска в его знаменитом романе. Вглядитесь в эту сцену повнимательнее, когда будете в следующий раз смотреть этот добрый старый фильм, и вы увидите Псков таким, каким он был сто и даже двести лет назад: он меняется так же мало и медленно, как и наши храмы.

«ОБРЕГУЛИРОВАТЬ» ЗАВЕЛИЧЬЕ

Но некоторым приезжим не нравились наши крепостные стены и башни, тем более что ветшающая известняковая кладка, и в новом состояии не отличающаяся выдающейся прочностью, угрожала падением отдельных глыб и даже крупных фрагментов.

Впервые вопрос о необходимости крупномасштабного сноса псковских крепостных стен был поднят в середине 1770-х годов, когда Яков Ефимович Сиверс, «наместник Ея Императорскаго Величества Тверской, Новгородской и Псковской», по Высочайшему повелению принял бразды правления вновь учрежденной Псковской губернией. Произошло это 24 августа 1776 года, а уже 11 сентября 1777-го, всего 13 месяцев спустя, Сиверс направил письмо в «Комиссию о строении Санкт-Петербурга и Москвы». В своем послании Сиверс предложил пересмотреть план обрегулирования Пскова, разработанный архитектором упомянутой Комиссии И. Е. Старовым и конфирмованный императрицей Екатериной Великой лишь за три с половиной года до этого - 28 января 1774 года. К письму наместника был приложен план Пскова - весьма любопытный во многих отношениях документ. Но в контексте нашего повествования мы обратим внимание только на один аспект этого чертежа: крепостные стены и башни Окольного города на весьма большом протяжении показаны штриховой линией. Такими линиями, напомним, на городских планах того времени обычно показывали существующие улицы, подлежащие перетрассировке.

Портрет Якова Ефимовича Сиверса.

Уважаемый Арсений Борисович Постников, ознакомившись с этим чертежом, высказал мнение, что этот документ практически полностью повторяет «План Псковской крепости» 1740 года, хорошо известный исследователям. Но ни на плане 1740 года, ни на проектном плане Старова, ни на плане Лейма - нигде крепостные стены не показаны штриховой линией.

Неужели Сиверс, настаивавший на «обрегулировании» Завеличья и развитии левобережной застройки Пскова, планировал снос крепостных стен? В письме, направленном в «Комиссию о строении…», об этих намерениях ничего не сказано. Но ведь могли быть и другие письма!

Так или иначе, стены и башни псковской крепости пережили и Сиверса, и Екатерину Великую, и сына ее Павла. Да и не до сломов крепостей было в ту грозовую пору наполеоновских войн…

Иллюстрации предоставлены автором, председателем правлений псковских областных отделений Союза архитекторов и Союза реставраторов РФ. План Пскова, датированный 1774 г. и прилагавшийся к письму Я.Е. Сиверса.

ПУСТИТЬ СТЕНУ НА КАМНИ ДЛЯ ДОРОГИ

Но после успешного завершения Отечественной войны 1812 года и заграничного похода 1813 года, возвеличивших Россию и расточивших, казалось бы, всех врагов ее, ветшающие псковские стены снова стали вызывать своеобразную аллергию у проезжавших и приезжих вельмож. Особо примечательна в этом отношении позиция Бориса Антоновича Адеркаса, назначенного в 1816 году псковским губернатором. Остзейский немец, переведенный в захудалый русский городок из Петербурга, был, судя по всему, шокирован обликом Пскова. Уже вскоре после своего назначения, едва оправившись от путешествия из столицы в Псков, он составил доклад на имя министра внутренних дел, хранящийся в РГИА (Российский государственный исторический архив) под многозначительным заголовком «О безобразных по городам строениях». На нескольких листах свежеиспеченный генерал-майор и губернатор красочно описал грязь и беспорядок, встреченные им в Пскове и в Порхове, через который он проезжал к новому месту своей службы. Попутно досталось и псковским крепостным стенам, о которых Адеркас написал следующее: «В городе Пскове имеющаяся кругом города древняя каменная стена местами в верху угрожает падением, позволите ли ваше высокопревосходительство, по личному моему осмотру опасные угрожающие падением сверху места сей стены сносить». Эти строки, судя по всему, относятся к стене Окольного города, окружающей Псков по периметру. А вот что генерал писал о стене Среднего города: «В городе Пскове есть внутри города старая каменная стена разделяющая город, я полагаю весьма полезным стену сию снесть, употребить камни и мусор на планирование улиц что тем более нужно; ибо поистине едва ли есть другой город где бы грязь и топь была как в Пскове, весною едва проехать можно, а осенью вовсе нельзя».

К счастью, несмотря на то, что «…Государь Император изъявил Высочайшее соизволение на сломку в городах Пскове и Порхове некоторых древних стен и башен», псковские стены тогда устояли. Но случилось это исключительно по причине все той же бедности псковского бюджета: не было денег на поддержание старых стен в безопасном состоянии, но не было и денег на их разборку…

НОВАЯ МЕТЛА

В следующий раз псковские стены хотел снести спустя четверть века еще один псковский губернатор - и снова приезжий, и снова иностранец, и снова свежеиспеченный генерал-майор. Федор Федорович Бартоломей, происходивший из итало-немецкого рода, в 1841 году направил в столицу доклад, в котором писал следующее: «В городе Пскове находится древняя, окружающая весь город на протяжении семи верст, каменная крепостная стена с башнями и бастионами, которая была возобновлена во время Шведской войны, но с тех пор, за упразднением крепости, оставаясь без поддержки, пришла ныне в ветхость, так что некоторыя из башен угрожают разрушением, могущим причинить вред стоящим вблизи обывательским домам и подвергнуть опасности жизнь людей. …Для сохранения означенной стены с башнями в первоначальном виде, потребуется огромный капитал, на покрытие коего местных источников нет; но во всяком случае признаю необходимым подвергнуть сломке те части крепостной стены и башен, кои при совершенной ветхости представляют опасность для окрестных жилых строений и находятся у расположения улиц».

Портрет Ф.Ф. Бартоломея.

И хотя ходатайство Бартоломея снова было поддержано Государем, псковские стены были опять сохранены для нас из-за отсутствия денег на их снос. Министерство финансов признало, что в текущем 1841 году не удастся выделить даже те 15834 рубля 35 копеек, которые были заложены в бюджет по Высочайшему соизволению.

«ВОСПОМИНАНИЕ ВАЖНЫХ СОБЫТИЙ»

К тому же царствование Николая I весьма существенно отличалось от предыдущего правления его брата Александра I отношением к сохранению предметов старины. То, на что с легкостью было получено Высочайшее соизволение в 1816 году, уже не так же бесспорно воспринималось в 1841 году. Рассматривая ходатайство Бартоломея, комитет министров, «…имея в виду Высочайшее… соизволение на поддержание вообще древних памятников, находит, что и в настоящем случае желательно бы было изыскать средства для сохранения в первоначальном виде крепостной стены города Пскова, служащей воспоминанием важных событий».

Справедливости ради следует упомянуть, что губернатор Бартоломей отнюдь не был солдафоном и гонителем русской старины. За публикации в «Псковских губернских ведомостях» статей по псковской истории, которой интересовался Федор Федорович, Королевское Копенгагенское ученое общество северных антикварий избрало его членом своего русского отделения.

АРХЕОЛОГИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО ПРОТИВ ДУМЫ

Что касается крепостных стен, то последняя атака на них была предпринята в самом конце XIX века. 22 мая 1898 года Псковская городская дума - вполне демократический орган власти - приняла постановление, в котором следующими словами была обоснована необходимость сломки хотя бы части крепостных стен:

«...Стены двух местностей в центре города от Петровских ворот до Михайловской башни и на Запсковье от Гремячих ворот до Кисловской башни, от времени почти разрушены и посему представляют неблаговидный вид, и как неимеющия особаго историческаго значения, по снесении их, послужили бы в настоящее время собственно к благоустройству города, именно на первой местности возможно образовать площадь, в которой город встречает крайнюю необходимость».

Портрет А.Б. Адеркаса.

Что тогда спасло нашу крепость от, казалось, неминуемого поэтапного разрушения?

В конце позапрошлого века деньги у города уже были, потому что вновь набрали силу псковские купцы и промышленники, которые, впрочем, эксплуатировали почти исключительно сырьевые запасы Псковской губернии: лен и лес. Но в то же время набрало вес и влияние псковское археологическое общество. Именно его активная позиция против сноса даже небольшой части крепостных стен оказалась решающей.

И поскольку так уж случилось, что благодаря традиционному российскому безденежью и воле Государя нам в наследство достались эти 9 км средневековых стен, будем стремиться, по словам Николая Павловича, и далее всеми силами «изыскивать средства для сохранения в первоначальном виде крепостной стены города Пскова, служащей воспоминанием важных событий».

План Пскова 1740 года (из книги Н.Ф. Окулича-Казарина).

КОНКРЕТНО

Псковская крепость являлась одной из лучших русских крепостей в XVI веке. Территорию площадью 2,15 км2 (215 гектаров) ограждали пять поясов каменных укреплений протяженностью 9девять км, усиленные 40 башнями, 14 воротами, настенными, башенными и подземными переходами.

Псковский кром или кремль занимает площадь 3 гектара.Протяжённость восточной стены кремля — 435 метров; западной — 345 метров. Протяжённость южной стены («перси») 88 метров.

В состав Псковского кремля входят Власьевская , Рыбницкая (башня над Святыми воротами), Троицкая (Часовая), Средняя (1416—1419 года), башня Кутекрома - в Куту Крома, Красная или Кутий Костёр (1399—1400 года); Плоская и Довмонтова (Смердья) башня.

Башни стены Среднего города 1375 года — построены в XV веке — не сохранились (кроме первой):

Мстиславская (Кислинская) — сохранилась (у берега р. Великой), Никольская, Великая башня с воротами, Васильевская, Трупеховская с Тёмными воротами, Куричья башня, Петровская с воротами, Козья с воротами (проездом), Кумина, Кстовская (Петропавловская)

Башни стены Окольного города: Никольская грановитая (у Верхних решёток), Михайловская, Петровская (сер. XVI в.), Великая башня с Великими воротами (в камне в 1469 г.), Свинузская (Свинорская), Покровская башня (конец XV — начало XVI вв.), Георгиевская (Егорьевская) башня

Башни на Запсковье: Высокая башня Нижних решёток (1500 г.), Варлаамская наугольная (кон. XV — нач. XVI вв.), Варлаамовская башня-захаб с воротами (кон. XV — нач. XVI вв.), Быковская, Загряжская (Загряжский захаб) (нач. XVII в.), Волковская, Ильинская с воротами.

Образская (Образский захаб) (1620-е гг.), Глухая, Толокнянка (XVI век, окончательно разрушились в XIX в.), Гремячая надвратная (XVI век, окончательно разрушилась в XIX в.) Гремячая (Козьмодемьянская) башня (1525 г.) (у Верхних решёток).